Когда мы слышим словосочетание “маленькая страна”, на ум ползут такие территории, как Люксембург, который без лупы на карте не отыщешь, или Ватикан, государство, которое напоминает мне сказку про смерть Кащея: “в сундуке утка, в утке заяц, в зайце яйцо, в яйце игла, а на конце иглы смерть Кащеева”. Примерно так, Ватикан расположился в сердце столицы Италии. Но сегодня мне хочется написать не о том и не о другом. Эта сказочная страна, которая стала сердцем нашего глобуса и убежищем для “беженцев” со всего мира. Многие желали бы созерцать красоты живописных ландшафтов альпийских лугов, но, увы…, страна эта принимает только тех “беженцев”, состояние которых переваливает за 3,5 млн. евро. Страна миллионеров. Оно и понятно, если учесть, что средняя зарплата швейцарца составляет 10 тыс. долларов. Здесь их встречают с распростёртыми объятиями. Эти “налоговые беженцы” устраиваются жить в Швейцарии, спасаясь от высоких налогов на родине.
Их в Швейцарии насчитывается около 2,5 тысяч, они не имеют ничего общего с теми, кто просит убежища. Около тысячи человек сконцентрированны в одном восточном франкоговорящем кантоне Вод, главным городом которого является Лозанна. Неписанным правилом для этой категории людей является требование иметь личное состояние, по меньшей мере, в пять миллионов швейцарских франков (3,4 млн. евро) и приличный годовой доход. Регионы Женевы и Тичино на италоговорящем юге, в свою очередь, привлекли, по данным исследования, по 500 людей с нескромным состоянием.
Швейцария – это крохотная страна, которую можно было бы 4 раза поместить в штате Вашингтон, бережно хранит в себе всего 7 млн. своих подопечных граждан, ютящихся на территории 200 Х 200 км. Они представляют собой лингвистическую смесь, включающую три официальных языка: немецкий – 66% населения, французский, на котором говорят 18% населения, и итальянский – 10%. Приятно можно удивиться, узнав об их гостеприимстве, ведь они на такую маленькую территорию, ежегодно принимает в гости 11 млн. пилигримов. Хорошо это или плохо – не знаю, судите сами. Раньше во всей Швейцарии было настолько тихо и спокойно, что даже полицейские вымерли за ненадобностью, а сегодня на вокзалах появились диковинные объявления: “Следите за вещами”. Всё это немного шокирует местных гостеприимцев. Но не всё изменилось, многое осталось по-прежнему.
Например, в Швейцарии очень развита система железных дорог, передвигаться здесь очень просто, понятно и комфортно. Эта не страна, а сплошная транспортная артерия, которая паути-ной легла на протяжении пяти тысяч километров. Всю Швейцарию можно проехать за несколько часов, а за двадцать минут сделать несколько пересадок. Это сказочно интересно. В любом отеле, кассе или по Интернету можно сделать распечатку маршрутов со всеми пересадками с точностью до секунды и указанием платфор-мы. Да, здесь работает знаменитая часовая швейцарская точность. Приходишь на вокзал, там есть автоматы по продаже билетов и справочные автоматы с сенсорными мониторами, тыкаешь пальцем в экран, выбираешь язык, станцию назначения, класс, тип билета и т.д.; засовываешь деньги, автомат выплёвывает сдачу, спасибо, до свидания, что стоите, с Новым Годом, не задерживай-те очередь... Всю информацию с экрана можно распечатать тут же с принтера абсолютно бесплатно. Ну, всё, прыгнул в поезд и едешь, ждёшь, ждёшь контролёра, а его нет ни живого, ни мёртвого. Так можно одним билетом 30-40 раз в день пользоваться местным транспортом, не дождавшись контролёра. Вот так вот доверяет своим гостям наив-ная Швейцария. Этим конечно пользу-ются все те, ради которых и появились на вокзалах неизвестные доселе вывески. Обидно, ведь сами швейцарцы очень доброжелательные люди, часто не только объясняют, как пройти, но и провожают, показывая дорогу, хотя им бывает и не по пути. Или, например, если водитель заметит, что в транспорте иностранец, то сразу начнёт объявлять станции на всех языках, которые знает и о которых догадывается, авось, попадёт в точку. Но даже если он и не попадёт, то элегантных городов и знаменитых курортов с уютными отелями достигнет наверняка.
Величественные горы, в которых затерялось множество небольших деревушек, чистейшие озера и живописные склоны холмов изумляют глаз, ведь здесь на малом пространстве сосредоточены красоты природы: горы, глубокие ущелья, вечные снега и ледники. Непередаваемые описанию ущелья с 70 водопа-дами переплёвывают всякие изысканные воображения ценителей природы. Если жить каждый день в окружении этакой красоты, наверное, притупляется ощущение великолепия мироздания. Лучшие в мире пансионаты, окружённые самыми высокими пиками Европы, горнолыжными серпантинами, предоставляющие в широком ассортименте площадки для адреналинозависимых парапланеристов и безудержных скалолазов. Курорты, куда лю-бят наведываться президенты, известные политики, бизнесмены, финансисты и прочий подобный рабочий люд. Простой турист, который с самой молодости в сердце лелеял несбыточную мечту полной грудью вдохнуть в себя хрустящий морозный воздух Швейцарии, не найдёт более быстрого способа избавиться от своего годами накопленного к старости капитала, так как подобное удовольствие по затратам несравнимо ни с одним туристическим уголком нашей планеты. Оно и понятно: это страна, где даже чистый воздух денег стоит, за который не каждый может рассчитаться. Так что среди местной роскоши чувствуешь себя домохозяйкой из какой-нибудь Глуховатовки, выигравшей в лотерею поездку в Швейцарию, либо сантехником Петровым, случайно затерявшимся в сказочных переулках уютного города. В меру типичные европейские города, улицы которых навьючены густо стоящими невысокими зданиями, несут за собой удручающую немощь. Они также затаили в себе свои неповторимые особенности. В любом из них на центральной площади всегда вы встретите красивые часы, да и на каждом углу каждую четверть часа долдонят куранты. Так что местные жители днём и ночью по надобности и без надобности каждые 15 минут имеют право знать точное время. Католические храмы конусовидными крышами тянутся в небо. Но это в особенных районах, где верующих этого исповедания насчитывается 48%. Так, например, Цюрих в основном украсили протестантские церкви. Кругом банки, страховые компании, похоже на то, что каждый третий здесь либо банкир, либо страховой агент, либо изобретатель. Кстати, швейцарцы – самая изобретательная нация в мире. На миллион жителей Швейцарии приходится 2286 патентов. Считается, что повышенная изобретательность связана с отсутствием в Швейцарии полезных ископаемых и выхода к морю, что не позволяет развивать ни серьезную промышленность, ни торговлю. Приходится шевелить извилинами и налегать на изобретательность.
Ну ладно, вернёмся в город. Здесь много необычного и много интересного, но я хочу выделить один из них – фонтан. Его смотреть надо осторожно: все-таки 500 литров воды в секунду. Увидеть его можно подняв голову с любой точки города. Всё-таки это вам не прыскалка на лобовое стекло автомобиля, а 140 метровая вздёрнутая к небу бурлящая струя. Так что захочешь и не сможешь, я имею ввиду заблудиться. Это главный ориентир. Говорят, коренных женевцев на улице не встретишь – дескать, буки они этакие, чопорные. Известно также, что это город, где все лодыри – миллионеры, а все уличные музыканты – хоть сам им шляпу подставляй. Наигравшись вдоволь, садятся в свои роллс-ройсы и уезжают. Такое ощущение, что сами себя развлекали. Необыкновенный шоколад, китчевые часы, пение йодлем, серьёзные банкиры, международная бюрократия и дисциплинированный, сдержанный и достаточно мягкий национальный характер всегда бу-дут окружать вас. Но это всё не может соперничать с притягательной силой манящих к себе гор. Человек просто стремиться выбраться из однообразного прописанного со швейцарской точностью ритма жизни.
Перевалами, туннелями, горными серпантинами пробираешься к назначенной цели, полагаясь лишь на свои силы, используя выносливость, так как автомобильные транспортные средства запрещены, дабы не повредить веками царящую идиллию. И, наконец, попадаешь в приветливые горные деревушки, добравшись до которых сразу ощущаешь переплетение свежести альпийских лугов и тонкого аромата свежесварен-ного сыра. Может поэтому известный на весь мир швейцарский сыр, готовящийся высоко в горах, имеет такой неповторимый вкус, что люди платят даже за дырки, хранящие в своих лабиринтах дыхание горных ветров. В этих небесных житницах 322 дня в году светит солнце. И если вдруг всё-таки случится пойти дождю, то жители этого поселения почему-то начинают извиняться, как будто это их недоработка. Наверное, и, правда, здесь это в диковинку. Многие деревушки, которые находятся на высоте около 1500-3000 метров – это выше облаков, будто всё вокруг устелено большим пуховым облачным ковром, сотканным воздушной нитью. Они то поднимаются – и солнце освещает снежные вершины, то опускаются – и тогда закрывают горы, словно ты сидишь в лифте и ездишь то вниз, то вверх. Когда сидишь за кружкой горячего шоколада в ресторане, который навсегда застыл в немом падении, шагнув над бездной. Посмотришь вокруг, и ощущение невесомости охватывает тебя, и облака с тобой сыграют в какую-то особую игру. Так погода может меняться несколько раз в день, ведь здесь вокруг сплошная стихия, непредсказуемость, изменчивость.
Радушные хозяева местных ресторанов обязательно предложат вам потомственную снедь. Швейцарцы любят свои традиции, гордятся своим вином и кухней. И придумывают всякие истории. Например, про национальное блюдо раклетт (от французского “соскребать”): дескать, забыл крестьянин головку сыра у огня, а потом съел с картошкой в мундире – не выкидывать же. А сегодня это расплавленный на сковороде сыр, который соскребают в тарелку и приносят вместе с парной картошечкой, огурчиками, маринованным лучком и кукурузой. Наверное, и знаменитое фондю получилось так же: опрокинул случайно швейцарский крестьянин вишневую водку в растопленный сыр – и давай туда куски хлеба макать! Но это шутка. Настоя-щее мясное фондю выглядит так: приносят чан с кипящим маслом, сырое мясо, кучу соусов. Окунаешь мясо в кипящий чан на 20 секунд, макаешь потом в соус и ешь. Ну а сырных легенд вам здесь расскажут целую дюжину. Вот так у них и вся история. Так что культ истории здесь, скорее, смахивает на американский, где любая гайка старше тридцати лет становится музейным экспонатом.
Во всём остальном это просто Европа. Взлёты и падения, слава и унижение, рассветы и закаты. Всё это вобрали в себя фолианты исторической рукописи. Но реалии нашего времени продолжают писать славные страницы, оттёсывая научные грани, предлагая миру точные науки, выявляя новые аксиомы, увековечивая почтение к этому гиганту мировой мысли. |
