 Майкл Джордан родился в 1963 году в заурядной американской семье. Отец, Джеймс, работал электриком, а мать, Делорис, — рядовой сотрудницей банка. Многодетная семья с достатком ниже среднего. Майкл был четвёртым ребёнком из пяти, причём, как он сам потом признавался, самым ленивым. Но лень эта распространялась только на учёбу; во всём, что касалось спорта, Майкл был очень упорным. Первой его любовью стал бейсбол, которым младший Джордан увлёкся, подражая отцу. Вместе с детской командой он выиграл чемпионат Северной Каролины и был признан самым ценным игроком своей команды.
Однако ко времени поступления в старшую школу спортивные предпочтения Майкла поменялись. Большую роль в этом сыграл старший брат Ларри, который увлекался баскетболом и нередко брал Майкла на свои тренировки. В их поединках один на один поначалу чаще выигрывал Ларри, который был и выше, и мощнее. Но Майкл не сдавался: он тренировался часами, пока, наконец, не научился побеждать Ларри. Кстати, тогда рост у будущей звезды по баскетбольным меркам был не очень высокий — всего 1,75 м., но Майкл усердно занимался специальной гимнастикой и в итоге подрос до нынешних 1,98 м.
Дисциплинированность и упорство — эти качества отличали Джордана с юных лет. В любой сезон, в любую погоду он приходил на тренировки, и частенько преподавательнице физкультуры приходилось силой выгонять его из спортзала на уроки.
Достигший славы рано
Когда в 1978 году Майкла не взяли в сборную школы — из-за маленького роста, — он очень переживал. “Не попасть в команду было для меня позором, — вспоминал Майкл впоследствии. — Они вывесили список, и моей фамилии там не было. Я был зол ещё и потому, что в команду взяли парня, игравшего гораздо хуже меня…”. Но эта неудача не сломила Джордана, и за год он сумел доказать скептикам, что умеет играть в баскетбол на самом высоком уровне. Его успехи были настолько впечатляющими, что после первого сезона в сборной школы Майкла пригласили в летний баскетбольный лагерь Five Stars, где собирают самых многообещающих игроков старшего школьного возраста, чтобы на них могли взглянуть тренеры университетских команд. Для Джордана эта поездка стала звёздным часом — первым из многих. Молниеносные проходы к кольцу, эффектные броски, надёжная игра в защите — сделали юного баскетболиста героем лагеря. После такого успеха о поступлении в университет можно было не беспокоиться: сразу несколько престижных вузов предложили ему спортивную стипендию.
Джордан выбрал университет Северной Каролины, чья сборная по баскетболу была в тот момент одной из сильнейших студенческих команд США. Вопреки сложившейся традиции тренер Дин Смит зачислил Майкла в сборную, когда тот был ещё первокурсником. И новичок доверие оправдал: именно его бросок помог команде выиграть решающий матч студенческого чемпионата США со счётом 63:62. “Этот парнишка ещё не понимает, что он теперь — часть истории. Люди будут помнить этот бросок и спустя 25 лет”, — сказал тогда помощник тренера Эдди Фоглер. Слова эти оказались пророческими, но только отчасти, потому что сегодня людям есть, что вспомнить о Майкле Джордане и помимо того решающего броска. Из подающего надежды баскетболиста он превратился в звезду мирового уровня, кумира миллионов болельщиков, своего рода эталон спортсмена и человека.
В 1984 году Джордан впервые попал в олимпийскую сборную США, стал чемпионом и был признан лучшим игроком турнира. В матче с Китаем он набрал 14 очков, с Канадой — 20, с Уругваем — 16. Игра против Испании стала бенефисом Джордана: он принёс команде 24 очка. В результате американцы выиграли со счётом 101:68. Раздосадованный поражением тренер испанцев Антонио Диас Мигель сказал о Джордане: “Это не человек. Такое ощущение, что он сделан из резины”.
Триумф в Лос-Анджелесе стал пиком любительской карьеры Джордана, после чего он ушёл в профессионалы. Будучи третьим номером драфта NBA, Джордан принял приглашение команды Chicago Bulls. При этом он удостоился весьма сомнительного комментария со стороны генерального менеджера клуба Джерри Краузе: “Майкл, конечно, не тот игрок, который может кардинально изменить положение нашей команды в чемпионате, но этого мы от него и не ждём”.
В чём-то Краузе был прав: в 1980-е Chicago Bulls никак не удавалось пробиться в финальную стадию чемпионата — плей-офф. Однако росту популярности Джордана это не мешало. Уже в первом сезоне он был признан лучшим новичком, а по результативности занял третье место в лиге. За этот год посещаемость Chicago Stadium — домашнего зала “быков” — выросла почти в два раза. И на выездных матчах команда обычно играла при полных залах — весьма необычное явление для того времени. Не всегда удачная игра Chicago Bulls не разочаровывала зрителей, которые шли посмотреть на звезду. И Майкл делал всё, что мог, подтверждая данное ему прозвище “Его Воздушество”.
Народный герой Китая
Справедливости ради стоит отметить, что славу Майклу принесла не только его блестящая игра, но и рекламное сотрудничество с известным производителем спортивной одежды Nike, которое началось в том же 1984 году.
В то время Nike представляла собой относительно молодую (основана в 1972 году), но крайне амбициозную компанию, успевшую прославиться нетрадиционным подходом к продвижению своей продукции. Первую попытку привлечь для раскрутки кроссовок известного спортсмена компания предприняла ещё в середине 1970-х, когда Nike начала спонсировать известного легкоатлета Стива Префонтейна. Его считали основным претендентом на золотую медаль Олимпиады 1976 года в Монреале, но за несколько месяцев до начала Игр Префонтейн погиб в автокатастрофе.
Спустя восемь лет глава Nike Филип Найт остановил свой выбор на Джордане. И попал в самую точку. “Перевербовка” баскетболиста, который до судьбоносной встречи с представителями компании предпочитал кроссовки Adidas, не заняла много времени. Джордан покритиковал красный (он назвал его “дьявольским”) цвет кроссовок, которые должен был рекламировать, но от выгодного контракта, обещавшего ему по миллиону долларов в год в течение пяти лет, не отказался.
Уже через год каждый мальчишка в Америке мечтал о кроссовках “как у Джордана”. Сам Найт утверждает, что такой эффект не планировался. Всё-таки Джордан был новичком, хотя и подающим большие надежды. Но его спортивное мастерство и личное обаяние человека и супермена сотворили чудо. Только за первый год сотрудничества с Джорданом Nike удалось продать кроссовок линии Air Jordan на $130 млн. — вместо ожидавшихся $10 млн.
Во многом благодаря Джордану кроссовки вошли в моду даже среди людей, далёких от спорта. Простая статистика: 30 лет назад на одного американского подростка приходилась всего одна пара спортивной обуви. Сегодня среднестатистический американский мальчишка покупает в год около 10 пар кроссовок: шесть — для занятий разными видами спорта, а ещё четыре — в качестве удобной повседневной обуви. И когда дело доходит до выбора марки, желание обуваться “как Джордан” играет далеко не последнюю роль.
Страсти по Джордану захлестнули не только Америку, но и остальной мир. Несколько лет назад в Китае проводился опрос, участникам которого предлагалось назвать величайшего человека всех времён и народов. Победителем народного рейтинга стал Мао Цзэдун, но за второе место развернулась борьба между героем революции Чжоу Эньлаем и Майклом Джорданом.
Попав в яблочко с выбором лица компании, Nike перешла в разряд “тяжёловесов”, сумев дать отпор поднявшимся в 1980-е конкурентам из Reebok. Не остался внакладе и Майкл Джордан: подсчитано, что к 1998 году он получил от Nike около $130 млн., так что вполне понятна преданность, которую Джордан демонстрировал по отношению к Nike на протяжении своей карьеры.
На Играх 1992 года в Барселоне, где Майкл в составе “команды-мечты” во второй раз стал олимпийским чемпионом, случился весьма показательный скандал. Джордан (а вслед за ним и добрая половина игроков, имеющих контракты с Nike) отказался надевать на церемонию награждения официальную форму сборной — из-за того, что на ней красовался логотип враждебной Reebok. После долгих уговоров строптивец пошёл на компромисс и всё же надел форму, но “задрапировал” ненавистную эмблему американским флагом.
Критики утверждают, что, подписав рекламный контракт с Nike (а затем и с другими крупными компаниями уровня McDonald’s, Wheaties, Gatorade и др.), Джордан заключил “фаустовскую сделку”. Начавшаяся с него коммерциализация баскетбола, с одной стороны, дала мощный импульс для развития этого вида спорта, но с другой — превратила его в подобие шоу, в котором больше ценятся индивидуализм и “звёздность” спортсменов, нежели командный стиль игры.
Кстати, сравнение с шоу покажется обидным далеко не всем. Известный баскетбольный функционер Дэвид Стерн однажды открыто сравнил современную NBA с компанией Disney: “У них есть тематические парки, и у нас тоже, только мы называем их “аренами”. Их героев зовут Микки и Гуфи, а наших — Мэджик (имеется в виду “Мэджик” Джонсон) и Майкл…” .
Возвращенец
В 1998 году журнал Fortune опубликовал статью под названием “Эффект Джордана”, в которой утверждалось, что с момента своего появления в NBA в 1984 году Джордан помог ассоциации заработать около $10 млрд. — в первую очередь за счёт повышения цен на билеты и продажи прав на трансляции матчей с его участием. А официальная зарплата Джордана в NBA в сезоне 1997/98 года — $33,1 млн. — до сих пор остаётся рекордом заработка профессиональных спортсменов.
Так что звание “самого ценного игрока”, которое Джордан получал неоднократно, соответствует истине и в финансовом плане. Но не стоит забывать и о его великолепной игре. Nike и другие компании не смогли бы заработать на имени Джордана столько денег, если бы он был посредственным баскетболистом. Образ спортивного гения, вдалбливавшийся умелыми пиарщиками Nike в головы миллионов болельщиков, не так уж далёк от реальности, что и подтвердил расцвет карьеры Джордана, начавшийся в начале 1990-х. В этот период в Chicago Bulls пришёл новый тренер Фил Джексон, который сумел, наконец, привести команду к долгожданной победе в чемпионате. Первую скрипку играл, конечно же, Джордан, который сумел не затеряться на фоне коллективного успеха. А уже упомянутая победа на Олимпийских играх 1992 года поставила его в один ряд с легендами спортивного мира.
Однако в 1993 году, после трагической гибели Джордана-старшего, произошедшей при невыясненных обстоятельствах, Майкл заявил о своём уходе из баскетбола. Он решил, что должен реализовать давнюю мечту отца и стать профессиональным бейсболистом. Джордан упорно тренировался и добился того, что его взяли в заштатную команду Birmingham Barons. Популярность его ничуть не уменьшилась, хотя Джордан-бейсболист звёзд с неба не хватал. Зрители валом валили на матчи с участием Джордана, а соперники перед матчем брали у него автографы…
Отпуск от баскетбола продолжался полтора года. В конце концов, душевные раны затянулись, и Джордан решил вернуться. Одни только слухи об этом вызвали ажиотаж на бирже. Стоимость акций Nike, McDonald’s и ещё ряда крупнейших фирм, связанных с Джорданом, резко подскочила, что принесло им доход в $2,3 млрд. В Лас-Вегасе букмекерские ставки на победу Chicago Bulls в чемпионате выросли с 40:1 до 5:1. Из касс стадионов, где должны были проходить ближайшие матчи команды, билеты выметались подчистую. И публика не обманулась в ожиданиях. 18 марта 1995 года Джордан произнёс слова, приведшие в экстаз всю Америку: “Я возвращаюсь”.
Первый сезон после возвращения Джордан был лишь тенью себя прежнего. Но уже в следующем году он восстановил былую форму и помог Chicago Bulls выиграть три чемпионских звания подряд. А в 1999 году вновь ушёл из большого баскетбола. Опять миллионы болельщиков оказались повергнутыми в состояние шока, хотя в глубине души многие верили, что и на этот раз Джордан вернётся.
Он вернулся. Сначала — в качестве функционера в команде Washington Wizards, пакет акций которой он приобрёл. В течение полутора лет Джордан лишь помогал руководить командой, но, в конце концов, не утерпел и в 2001 году (вскоре после трагических событий 11 сентября) снова надел баскетбольную форму. “Думаю, нет лучшего способа научить молодёжь тому, что ты умеешь, нежели стать их партнёром на площадке, и не только на тренировках, но и во время настоящих матчей”, — объяснял Джордан в официальном пресс-релизе.
Однако повторить блистательное возвращение 1995 года пока не удаётся: серьёзная травма колена, да и ветеранский (за 40) по спортивным понятиям возраст не позволяют Майклу демонстрировать прежнюю игру. Тем более, что ему есть, чем заняться и на пенсии — самый богатый спортсмен всех времён и народов давно превратился в успешного бизнесмена, контролирующего несколько самых разных компаний.
|
