 У этой женщины удивительное имя – Любовь, и при встрече с ней я не могла не отметить, как оно ей подходит. Тихий мелодичный голос, выразительные глаза, улыбка, сияющая покоем и добротой, – это создает вокруг нее атмосферу мира и любви. Я смотрела на нее, пока мы беседовали, и с трудом представляла, как она смогла пережить все испытания, выпавшие на ее долю. Я понимала, что ее цветущий вид, покой и полное отсутствие ожесточения на судьбу – чудо, которое не объяснишь никакими психологическими и физиологическими законами.
Врачи не могли поставить диагноз. Хирурги собирали консилиум за консилиумом, студенты писали на эту тему курсовые работы, а молодая 24-летняя женщина полгода лежала в больнице и умирала от банального физического истощения, получая питание исключительно через капельницу. Желудок отказывался перерабатывать пищу, сокращаться и проталкивать ее в кишечник. Все, что Люба пыталась съесть или выпить, неизбежно вызывало мучительную рвоту.
Болезнь пришла ниоткуда. Неожиданным проклятьем ворвалась в жизнь. Однажды после еды вдруг началась рвота – и все. Через два месяца врачи решились на операцию, чтобы найти причину визуально. Все оказалось в норме. Для отчета написали, что была ликвидирована врожденная непроходимость, но результата операция не дала. Желудок не заработал.
Из далекого сибирского города Новокузнецк приехала мама. Из шести детей у нее была единственная дочь – Люба – красавица и умница, никогда не имевшая проблем со здоровьем. В 20 лет она уехала в далекий Минск – очень уж хотелось жить в большом городе. Все складывалось хорошо – работа, друзья, комната в общежитии – и тут такое несчастье. Дочь медленно умирала, и в человеческих силах было только отсрочить конец на некоторое время. Но мать верила, что не потеряет Любу. Она знала, что есть Тот, Чьи возможности не ограничены рамками нашей физической реальности, Тот, Кто для большинства людей становится последней инстанцией, дающей надежду, когда все возможности уже исчерпаны. Приехав в Минск к больной дочери, мать, первым делом, пошла в церковь и попросила молитвенной поддержки.
Прошел месяц. Врачи, не находя выхода из сложившейся ситуации, решаются на повторную операцию. Результата нет. Любе всё вокруг уже практически безразлично. Она смертельно устала от боли и немощи. Удивляло ее только постоянство, с которым каждый день к ней в больницу приходили верующие люди, чтобы поддержать и приободрить ее. Приносили свежевыжатые фруктовые и овощные соки, веря, что хоть малая часть полезных веществ успеет впитаться стенками желудка, прежде чем опять начнется рвота.
Так прошел еще один месяц. Назначается дата третьей операции. Терять нечего, случай уникальный. Приглашены “светила” медицины и студенты. А накануне назначенного дня Люба с трудом, но на своих ногах добралась до кабинета лечащего врача и сообщила, что операции не будет. “Я вчера начала есть”, – просто сказала она. И действительно, все было просто. В день своего 25-летия Люба получила чудесный подарок. Реально ничем не объяснимо, как будто что-то в ней переключилось: рвота прекратилась, и вся деятельность организма пришла в норму.
Два года спустя, Люба, абсолютно здоровая и снова красивая, собиралась замуж. Когда она дала согласие на брак, ее жених, Александр, смущенно сказал: “Знаешь, тут такое дело, ты должна знать, у меня мама – верующая...” “У меня тоже”, – просто ответила Люба. Саша рассказал ей, что к Богу он относится “никак”. Интересно, что его мать никогда не просила у Бога для него верующей жены, а молилась, чтобы у невестки были верующие родители. Саша с Любой подивились этому, посмеялись и вскоре поженились.
Первая беременность наступила сразу после свадьбы. Ребенка Люба носила тяжело, мучил сильный токсикоз. Муж сочувствовал, помогал во всем. Чтобы семья выбралась из “общаги”, пошел работать в ЖЭС, где получил комнату, площадью 20 кв. метров. Время от времени выпивал на работе, где это было нормой, но никогда не скандалил и жене не грубил, просто требовал к себе усиленного внимания, на которое у жены не всегда хватало сил. В такие моменты Люба с особенной благодарностью вспоминала свою маму, воспитавшую в ней кротость и научившую мудрости обходить “острые углы”. В общем, жили нормально. Вроде, была любовь, нежность, стремление к взаимопониманию, но все равно ей казалось, что нет какой-то полноты в отношениях, какой-то особенной близости, дающей ощущение единого целого.
Родился сын. Новоиспеченный отец был горд и счастлив. Отмечал радостное событие на работе “по полной программе”. Когда забрал Любу с Виталиком из роддома домой, решил, что должен обеспечить свою семью всем и сразу. В поисках “легких” заработков начал попадать в разные истории. Все чаще приходил домой пьяный. Любе опять пригодились мамины уроки – не ругать, не упрекать, а молчать, пока не протрезвеет. Иногда она плакала. Муж переживал и просил прощения. Так и жили, растили сына и очень хотели родить еще девочку.
Вторая беременность наступила через два года. Пугала мысль о том, что опять будет мучить токсикоз, и этот страх заставил Любу вспомнить, как в больнице, накануне третьей операции, случилось чудо исцеления. Они с мужем пошли в церковь, где Люба вышла на покаяние. Она просила Бога помочь ей выносить ребенка, больше никакой нужды в Нем она тогда не ощущала. Во время беременности ее мучил очень сильный токсикоз, и на сроке 6 месяцев врачи приняли решение вызывать роды, т.к. у матери началась рвота с кровью, и ее жизнь была под угрозой. Девочка была очень маленькая, во время родов перевернулась и родилась с черепно-мозговой травмой. На следующий день она умерла.
Месяца два спустя, Люба с Сашей, в “растрепанных” чувствах опять оказались в церкви. В тот день на служении благословляли детей. Люба смотрела во все глаза и понимала, что к Богу нельзя относиться, как к врачу “скорой помощи”, которого экстренно вызывают в случае нужды. Бог хочет быть востребованным всегда, каждое мгновенье ее жизни. Люба точно знала, что ей это тоже необходимо. Ей нужны постоянные, верные отношения с Тем, Кто так любил ее всегда, поддерживал в болезнях и испытаниях, а сейчас исцелял раны ее сердца. Только Бог мог навести порядок в её жизни, и она впустила Его в свое сердце.
С того дня Люба стала регулярно посещать служения в церкви. Муж не возражал и часто ходил с ней вместе. Они знакомились с другими христианами, со многими подружились близко. Через четыре месяца Саша покаялся и вступил в завет с Богом. Сразу перестал выпивать, хотя в ЖЭСе, где он работал, пили абсолютно все. Семейные отношения приобрели сверхъестественную близость и любовь, которую дает только благословение свыше. Каждый видел своего супруга драгоценным подарком, дарованным самим Господом, и относился к нему соответственно.
Через год наступила третья беременность. На том же сроке, 29 недель – опять пик токсикоза, и опять врачи вызывают преждевременные роды. Девочка. Один килограмм девятьсот граммов весом. Два месяца она подрастала в больничных условиях, а Люба дома пыталась справиться с болью в желудке и постоянной рвотой, для которой медицина опять не находила никаких объяснений. Рядом все время были друзья из церкви, поддерживали, помогали готовиться к переезду маленькой Марии из больницы домой. Муж делал все, что мог, чтобы помочь жене, но её продолжали мучить рвота и страшные боли. Из Сибири на помощь приехала мама. Большую часть суток Люба теперь вынуждена была проводить в горячей ванне. Это на какое-то время снимало спазмы и боль.
Сил для такой жизни оставалось все меньше и меньше, но Люба уже твердо знала, что Бог отвечает на молитвы, и верила, что Он не оставит их семью. За ее здоровье молилась и постилась вся церковь. Удивительно, но даже те люди, которые не были близко знакомы с ней, приняли эту ситуацию, как свою личную нужду, и вдохновляли друг друга на молитвы и посты. Однажды, когда Люба во время приступа молилась в ванной и просила Бога заступиться за нее, она вдруг ясно услышала ответ: “Защищу, хотя и медлю”. Это дало силы для противостояния непонятной болезни и веры в исцеление. Опять пришлось на два месяца ложиться в больницу, чтобы поддержать ослабленный организм. Весила Люба к тому времени 30 килограммов.
Так прошел год. Все это время рядом были люди. Верные, любящие, принимающие чужую боль, как свою. Люба не роптала на судьбу. Она видела во всем заботу и любовь Бога, поддерживающую ее в час испытаний. Она просила сохранить ей жизнь и восстановить здоровье, чтобы иметь возможность тоже что-то сделать, как-то послужить людям. Александр не мог смириться с тем, что может потерять жену, и везде, где только ни встречал верующих людей, просил молиться и поститься за нее. На работе над ним смеялись, бросали вызов: “Где твой Бог?” Он был кроток и терпелив со всеми. Любе муж возвращал сторицей любовь, доброту и смирение, которые она посеяла в их отношения в начале семейной жизни. Она была благодарна мужу, но точно знала, что, если бы они оба не знали Бога, неоткуда было бы взять сил, чтобы все пережить.
Через некоторое время Бог дал слово в церкви через пророка: “Усильте молитву, и победа придет”. Церковь молилась с новой силой, а Люба, в очередной раз, легла в больницу, “под капельницу”. Во время обследования врачи обнаружили большую опухоль в кишечнике. Опять операция. Удалили часть кишечника, но о том, что опухоль оказалась злокачественной, сообщили только мужу. Анализы показали, что раковые клетки попали в кровь. Люба ничего не знала. Муж повез ее после операции на какие-то процедуры и вдруг, не собираясь говорить ей правду, признался во всем. Они ехали в онкологию на химиотерапию. Люба была спокойна и готова, когда медсестра в приемном покое бесцеремонно заявила: “Какая разница, сколько сеансов тебе назначено – все равно ты не жилец”.
От лечения Люба отказалась и вернулась домой, устав переживать за свою жизнь. И вдруг она начала есть. Опять что-то “там наверху” переключилось. Она начала набирать вес и чувствовала себя прекрасно. Воспоминанием о кошмаре осталось удостоверение инвалида 2-й нерабочей группы. Жизнь вошла в спокойное русло, дети подрастали, а Люба все свободное время и силы отдавала служению. Она собирала дома людей, недавно познакомившихся с Богом, и делилась с ними всем, что знала. Вдохновляла, проповедовала, учила молиться и читать Библию, разрешать любые проблемы так, как учит Бог.
 Через полтора года – новая беременность. Опять рвота. Снова молитвы и посты. Люба просила Бога, чтобы ребенок был здоровым, и верила, что с ней самой, в конечном итоге, все будет нормально. Опять токсикоз и вынужденные преждевременные роды 6-месячной девочки. Ее легкие после родов сами не развернулись, и сердце остановилось. Дитя срочно подключили к аппарату искусственного дыхания, питания, запустили в работу сердце. Через две недели крошка начала дышать самостоятельно. Из реанимации ее перевели в палату, а через день вернули обратно с легочной инфекцией. У Любы проблем со здоровьем не было, она быстро крепла и все время молилась, чтобы у дочки не было никаких последствий кислородного голодания. Врачи сочли своим долгом сказать, что для развития мозга недостаточность кровоснабжения и кислорода имеет необратимые последствия. Александр каждый день приходил в детское отделение, где, в одном из кувезов, лежала его маленькая дочь, и молился. В больнице все знали, что он священник, пропускали, выдавали белый халат и не мешали молиться. Разве можно помешать Богу делать свое дело?
Пока я беседовала с Любой, в комнату несколько раз заскакивала Надюшка – та самая малышка. Красивая, шустрая и сообразительная. С подкупающей непосредственностью она жаловалась маме, что бабушка хочет положить ее спать после обеда. Заходила и старшая дочь. Тонкая и нежная, как лилия, она тихо пошептала что-то маме на ушко, обняв ее, получила в ответ согласный кивок и выпорхнула из комнаты.
Сын был в школе. Муж: занимался делами своего служения – он ездит по тюрьмам, чтобы там тоже могли узнать, что только правильные отношения с Богом могут навести порядок в жизни.
Когда пришло время прощаться, я вдруг отчетливо поняла, что мне не хочется уходить из этого дома, где умеют дарить людям живое тепло, где царствуют вечные ценности и хозяйкой всего является ЛЮБОВЬ. |
